Побужье, Дикое поле и Украина — страна козаков на картах Боплана

Берега реки Южный Буг в средние века это часть Османской империи, Очаковская, или Едисанская орда. Еди — семь, сан — почет, слава, достоинство. Едисан — множество племен. При этом, как и во времена Римской империи, это не провинция, а некое буферное образование, не признающее жестких методов управления — Дикое поле.

Имперская администрация и небольшие военные гарнизоны контролируют только часть населенных пунктов. Именно эти пункты составляли многие тысячи лет опорный каркас территории. Удивительное богатство природы определило промысловый, присваивающий характер здешней экономики. Тут не приходилось использовать рабский труд, добыча свободных охотников и рыбаков давала значительно больше товаров. В транспортировке и перепродаже этих товаров были более всего заинтересованы завоеватели, колонизаторы. Таким образом сложилась идеология Дикого поля.

Французский военный инженер, фортефикатор и артиллерист капитан Боплан это один из главный героев замечательного фильма по роману Генрика Сенкевича «Пан Володыевский«. Причем, если реальные исторические прототипы Сенкевича зачастую далеки от пафоса и романтики, то инженер Боплан был действительно удивительным образцом бесстрашного ученого.

Гийом Левассер де Боплан (Guilhelmum le Vafseur de Beauplan) — инженер, математик, картограф XVII в. Около двадцати лет своей жизни провел на Украине. В течение этого времени он всесторонне изучил экономику, быт и нравы украинского народа, в особенности, казачества, казацких движений, отнюдь не однозначных взаимоотношений украинского с русским, татарским, польским и ногайским народами.

Боплан показал Украину, как самостоятельное политическое и культурное явление в разгар освободительной войны под руководством Богдана Хмельницкого. Свои впечатления он отразил в рукописи «Описание Украины» (1651 год).

В 1639 году Гийом Л. де Боплан проводил топографическую съемку течения Днепра и прилежащей территории. Впервые карты Днепра «Tractus Borysthenis» были опубликованы в 1662 году анонимно в Амстердаме на 3 листах во 2-м томе латинского издания атласа голландского картографа Й. Блау (Blaeu) «Atlas Maior». Каждый лист делится на две части; на шести частях изображено течение Днепра от Киева до Черного моря. Первые два листа имели масштаб 1:232000, третий — 1:463000.

карта нижнего течения Днепра инженера БопланаНастоящая карта — нижнее течение Днепра, в те времена назывался Борисфен, (от Днепровских порогов до Черного моря).

О Боплане известно, что он лично не видел части территорий, представленных на его картах, в частности, ниже Хортицы.

В качестве соавтора Боплана по изготовлению карт Нижнего Днепра, начиная от Хортицы, выступил польский картограф Юзеф Наронович-Нароньский (1610-1678). Карта цветная и очень красочная. На ней в верхней части изображены воинствующие казаки по бокам свитка с надписями названия карты. В середине, на разделяющей границе двух частей — расположены свитки с условными обозначениями и масштабная линейка, между ними виньетка с домашними животными.

Гильом Левассер де Боплан. Описание Украины // Москва, 2004, стр.1-575.

В первой половине XVII века на службе у Польского короля Сигизмунда III Ваза (1587-1632) и его приемника Владислава IV (1632-1648) состоял французский военный инженер и географ Гильом Левассер де Боплан (Guillaume Levasseur de Beauplan), который около двадцати лет своей жизни провел на Украине. В основном его служба заключалась в поиске подходящих мест для возведения укреплений по всей территории Украины и их строительстве. За время своего пребывания там, он прекрасно знакомится с политическими, общественными и бытовыми чертами страны и по возвращении домой во Францию составляет интереснейшие записки о жизни крестьян и казаков, их обычаях и нравах, их жилищах, промыслах, которыми они занимались, способах ведения войны с неприятелем. Так же его руке принадлежат и подробнейшие карты Украины. На протяжении нескольких столетий они считались наиболее полными и точными, ими не раз пользовались вначале польские короли, а позже все исследователи истории Украины. Этот труд французского инженера является очень интересным и чуть ли не единственным источником по истории Украины того времени. При начале восстания в южной Руси, предпринятого под начальством Богдана Хмельницого, Боплан оставляет польскую службу и возвращается на родину во Францию. Свои труды Г.Л. де Боплан издал по возвращении в Руане, в 1650 году. А второе издание вышло там же в 1660 году. Впервые на русский язык книга была переведена Устряловым в 1832 году. В 1901 году в Киеве В.Г. Ляскоронский выпустил в свет монументальную работу “Гильом Левассер де Боплан и его историко-географические труды относительно южной России”. После этого многие исследователи обращались в своих работах к цитированию и анализу произведения Боплана. Однако только в 2004 году коллективом авторов под эгидой Российского государственного архива древних актов, Российской академии наук и Национальной академии наук Украины был издан, готовившийся более десяти лет, один из наиболее полных, точных и досконально снабженных комментариями, переводов “Описания Украины”.
Процитируем наиболее интересные фрагменты из его книги по данному изданию:

Описание УКРАИНЫ нескольких провинций королевства польского, простирающихся от пределов Московии до границ Трансильвании, а также их обычаев, образа жизни и ведения войны. Сир де Боплан. В Руане, у Жака Каллуэ, при Королевском дворе, 1660.

“<…> Тем не менее именно отсюда вышли те отважные люди, которые в настоящее время называются запорожскими казаками и рассеяны с давних времен в различных местностях по Борисфену и в его окрестностях. <…> Эти люди, которые часто, почти ежегодно, предпринимают набеги на Понт Эвксинский и наносят большой вред туркам. Они много раз грабили Крым, принадлежащий Татарии, опустошали Анатолию, разоряли Трапезунд и достигали даже устья Черного моря, в трех милях от Константинополя, откуда, предав все огню и мечу, возвращаются с большой добычей и некоторым числом рабов, обыкновенно малых детей, которых оставляют у себя в качестве прислуги или же дарят вельможам своей страны. Пожилых людей они никогда не берут с собой, разве что тогда, когда считают их достаточно богатыми, чтобы заплатить за себя выкуп. <…>

Говоря об отваге казаков, совсем не лишним будет сказать о том, каковы их нравы и занятия. Итак, вы узнаете, что среди этих людей встречаются опытные вообще во всех необходимых для жизни ремеслах: плотники, умеющие строить как дома, так и суда, экипажные мастера, кузнецы, оружейники, кожевники, шорники, сапожники, бочары, портные и т.д. Они очень искусны в приготовлении селитры, которая в изобилии имеется в этих краях, и делают превосходный пушечный порох.  Женщины занимаются пряжею льна и шерсти, из которых выделывают полотна и ткани для общего употребления. Все хорошо умеют возделывать землю, сеять, жать, печь хлеб, приготавливать мясо различных сортов, варить пиво, меды, брагу, курить водку и пр.
Нет ни одного человека между ними, к какому бы возрасту, полу или состоянию он ни принадлежал, кто бы ни старался превзойти своего товарища в пьянстве и гульбе. Нет среди христиан и таких, которые бы в той же мере, как они, усвоили привычку не заботиться о завтрашнем дне.
Впрочем, справедливости ради, нужно признать все они способны ко всякого рода занятиям, хотя иные бывают более искусны, нежели другие, в тех или иных ремеслах. <…>
Они исповедуют греческую веру, называя ее по-своему русской, свято почитают праздничные дни и соблюдают посты, продолжающиеся в течение восьми или девяти месяцев в год и состоящие в воздержании от употребления мяса. Они настолько упорны в соблюдении этой формальности, что убеждают себя, что спасение души зависит от различия пищи. За то взамен, мне кажется, вряд ли какой-либо народ в мире сравнялся бы с ними в способности пить, ибо не успевают они отрезвиться, как тотчас же принимаются (как говорится) лечиться тем, от чего пострадали. Все это, впрочем, происходит только в свободное время, но, когда они воюют или подготавливают какое-то дело, они крайне трезвы, а грубость можно заметить только в одежде. Они остроумны и проницательны, смышлены и щедры без расчета, не стремятся к большому богатству, но чрезвычайно дорожат своей свободой, без которой они не могли бы жить; именно поэтому они столь склонны к бунтам и восстаниям против местных сеньоров, лишь только почувствуют притеснения со стороны последних. Так что редко проходит более 7-8 лет без того, чтобы казаки не бунтовали и не восставали против них. Впрочем, эти люди вероломные и коварные, предатели, которым можно доверять, лишь хорошо подумав.
Они чрезвычайно крепкого телосложения, легко переносят зной и холод, голод и жажду, неутомимы на войне, мужественны и смелы, а скорее безрассудны, ибо не дорожат своей жизнью. Больше всего они обнаруживают ловкости и стойкости в сражении в таборе под прикрытием возов (ибо они очень метко стреляют из ружей, которые составляют их обычное вооружение) и при обороне укреплений; они недурны также и на море, но при езде верхом они не настолько искусны. Помню, мне случилось видеть, как всего 200 польских всадников обратили в бегство 2000 их наилучших воинов. Но правда и то, что под прикрытием своих таборов сотня казаков не побоится и тысячи поляков или даже нескольких тысяч татар. Если бы они были так же доблестны в конных сражениях, как в пеших, то, думаю, были бы непобедимы. <…> Мало кто из них (казаков) умирает от болезни, разве что в глубокой старости, большинство гибнет почетной смертью, слагая головы на поле брани.
Шляхта среди них очень немногочисленна, подражает польской, и, кажется, стыдится того, что принадлежит к другой, не римской вере, в которую они переходят ежедневно, хотя вся знать и все те, кто носит имя князей, происходят из греческой (православной) веры.
Крестьяне там очень несчастны, так как вынуждены собственными силами отрабатывать три дня в неделю на собственных лошадях в пользу своего сеньора и давать ему, сообразно размерам земли, которую держат, определенное количество буассо зерна, множество каплунов, кур, гусей и цыплят к Пасхе, Троице и Рождеству; сверх того – возить дрова для нужд своего сеньора и отрабатывать тысячи других барщинных повинностей, которые они не обязаны исполнять, не говоря уж о деньгах, требуемых с них сеньорами, а также десятины от баранов, поросят, меда, всех плодов и одного из терх волов через каждые три года.
Но и это еще не самое важное, поскольку их сеньоры пользуются безграничной властью не только над их имуществом, но также и над их жизнью; <…>
Вот как они выбирают своего атамана. После того как соберутся все старые полковники и старые казаки, которые пользуются доверием в казачей среде, каждый подает голос в пользу того, кого полагает наиболее способным, и получивший большинство голосов считается назначенным. Если то, кто выбран, добровольно не принимает обязанность, ссылаясь на свою бездарность или неспособность, недостаток опытности или старость, это ему ничуть не помогает, ему отвечают только лишь, что он действительно не заслуживает такой чести, и, не мешкая, тотчас же убивают его… Далее, если избранный какза принимает должность атамана, то благодарит собрание за оказанную ему честь, и что хотя он недостоин и неспособен к исполнению такой обязанности, тем не менее, он торжественно заверяет, что постарается своими трудами и прилежанием стать достойным чести служить им – и всем вместе и каждому в отдельности и что он всегда готов положить жизнь за своих братьев (так они называют друг друга). При этих словах каждый аплодирует ему, крича “Слава! Слава!” Затем все, один за другим, с поклоном подходят к нему, каждый сообразно своему рангу, а атаман пожимает им руки, что составляет у них обычный способ приветствия. Вот как выбирают казаки своего атамана, что нередко случается у них среди Дикого поля. Они ему беспрекословно повинуются, этот атаман на их языке называется гетман; власть его неограниченна, он имеет право рубить головы и сажать на кол всех провинившихся. Они (гетманы) очень строги, но ничего не предпринимают без военного совета, называемого Радой. <…>
Исполняя данное обещание, скажем несколько слов о соблюдаемых ими обычаях, в частности о некоторых свадебных, и о том, как они иногда действуют в любовных отношениях, что многим без сомнения покажется новым и невероятным.
Итак, в противоположность общепринятым у всех народов обычаям, здесь можно увидеть, как девушки сами ухаживают за молодыми людьми, которые им понравились. Вследствие предрассудка, распространенного и прочно укоренившегося среди них, они никогда не испытывают неудачи и более уверены в успехе, нежели мужчины, если иногда выбор исходит с их стороны. Вот как они действуют. Влюбленная девушка приходит в дом родителей молодого человека (которого она любит) в такое время, когда она рассчитывает застать дома отца, мать и скоего покорного слугу. Входя в комнату, говорит: “Помогай Бог”, что означает “Да благославит вас Господь”, то есть обычное приветствие, которое произносят, вступая под кров их домов, затем сев, хвалит того, кто ранил ее сердце, обращаясь к нему с такими словами: “Иван, Федор, Дмитрий, Войтек, Митика” и т.д. Словом, называет его одним из вышеупомянутых имен, которые наиболее распространены. “Я заметила в твоем лице определенное добродушие, говорящее, что ты сможешь хорошо опекать и любить свою жену, твоя добродетель дает мне повод надеяться, что ты будешь хорошим господарем. Эти твои добрые качества побуждают меня покорно просить тебя взять меня в жены”. Сказав это, она повторяет то же отцу и матери, покорно прося дать согласие на брак. Получив отказ или какую-нибудь отговорку, что он слишком молод и не готов еще к женитьбе, она им отвечает, что никуда не уйдет из дому, пока брак не будет заключен, до тех пор, пока он любимый и она живы. После того, как эти слова произнесены, а девушка продолжает настаивать на своем и упорно отказывается оставить дом, пока она не получит то, чего домогается, через несколько недель отец и мать не только вынуждены дать согласие, но и убеждают сына посмотреть на нее благосклонно, то есть как на девушку, которая должна стать его женой. Равным образом, молодой человек, видя, как девушка упорствует в своем желании, начинает в таком случае смотреть на нее как на ту, которая должна стать однажды госпожой его желаний, и поэтому настойчиво просит у отца и матери позволения полюбить эту девушку. Вот таким образом влюбленные девушки в этой стране могут в короткое время достичь цели, вынуждая своей настойчивостью и отца, и мать, и своих избранников исполнить то, что они желают… Обычай, о котором я говорю, соблюдается только между людьми одинакового имущественного состояния.

источник: фамильный проект Петриченко http://www.petrichenko.info/istoriya/boplan

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.