Арийская культура: коровье молоко и коровий навоз

Будете смеяться, но «ковбой» и «говно», также как и говядина это древние арийские слова одного корня. Корова – самое важное животное в арийской цивилизации, в победе производящей экономики над охотничьими сообществами древней Европы, победе земледелия над кочевым скотоводством.Около 7 тысяч лет назад, уже после Черноморского и других локальных потов, в Малой Азии, Средиземноморье и Причерноморье из общей массы племен выделились те, кто стал выращивать домашних животных и возделывать злаки. Этот мощный культурный перелом получил название неолитическая революция. В странах Северной, Западной и Восточной Европы она происходила с отставанием на многие тысячи лет. На Русском севере еще и сейчас сохранились племена с преобладанием охоты и экстенсивного оленеводства, искусственным образом такие племена сохраняются на севере Скандинавии (саамы, лопари), реликтовая охотничья культура пиктов сохраняется на севере Шотландии.
Производящая экономика в разных природных условиях требовала своих форм общественного устройства. В долинах больших рек засушливых стран, таких как Египет и Шумер одни народы порабощали другие, вели непрерывные войны с целью захвата рабов и скота. Весенние разливы рек приносили на поля плодородный ил.
Земледелие в Европе развивалось совсем на других основах. Применение рабского труда не давало никаких преимуществ. Орошение не требовалось, новые пахотные земли можно было получать путем выжигания лесов, но из-за быстрого истощения почв требовалось постоянное внесения коровьего навоза. Поэтому корова стала не только источником высококалорийных продуктов, масла и сыров, способных к длительному хранению. Корова поддерживала также экологическую устойчивость нового арийского ландшафта.
Подобно тому, как язык собаки был для охотника идеальным средством заживления ран, коровий навоз и перебродившая бычья моча (гомез) стали для арийцев уникальным средством дезинфекции. Навоз использовался широко, а вот гомез только для утреннего умовения жрецов.
Диким предком коровы (быка) был тур, сохранившийся в лесах Европы еще до 17 века. Как промысловое животное тур играл важнейшее значение в Крыму на протяжении палеолита в Горном Крыму и протяжении всего каменного века в Степном.
Около 7 тысяч лет назад на Керченском полуострове уже отмечается домашний бык. Возможно, именно здесь он и был впервые одомашнен.
Отдельный предмет этимологических изысканий это сравнение славянских слов вол (от слова влачить) и буйвол. Романо-германское буффель, буффало преподносится как первичное, но смысл в нем какой? Если вол кастрированный буйвол, а буй-тур и буй-вол означает полноценного быка-производителя, тут все понятно и логично. Как это не странно звучит, но не составляет особой проблемы (в плане методики) установить достаточно точно центр доместикации (одомашнивания) тура.
Дело в том, что коровье молоко способны усваивать как продукт питания даже в пределах европейской популяции, то есть среди народов романо-германской, балтийской, славянской и финно-угорской языковых групп, только 80-90% людей. Среди представителей африканской и азиатской расы доля тех, для кого коровье молоко не является ядом 5-10%. Только непереносимостью коровьего молока, а вовсе не какой-то особой кристальной духовностью индийцев объясняется то, то тощие никому не нужные коровы бродят там по помойкам. Немногочисленные потомки высших каст Индии, даже с темной кожей, ежедневно пьют коровье молоко.
Но поставим в модной теме ведической праосновы арийской цивилизации справедливую точку и вернемся к рассмотрению скифских корней и побегов. Соотношение в питании, в национальной кухне таких продуктов как коровье молоко и его производные (плюс пшеничная мука) или конина и конское молоко (плюс просо) является очень простой и эффективной мерой, чтобы проследить ход этнических процессов.
Первые, упомянутые в истории Северного Причерноморья «доители кобылиц», «справедливейшие из смертных» киммерийцы никак не могли быть родственны таврам. Не только само имя тавров указывает на их тесную связь с быком, но и многочисленные археологические находки. Например, знаменитый жертвенник на Гурзуфском седле сохранил многочисленные и многовековые свидетельства ритуального сожжения коровьих челюстей. Главная цель этого ритуала – возрождение съеденного животного.
Отчего эллины называли киммерийцев, достаточно хорошо прославленных грабежами в Малой Азии, Египте, Израиле и Месопотамии, беднейшими и справедливейшими? Не оттого ли что те сохраняли родовые формы собственности? Возможно, киммерийскому воину лично не принадлежало ничего, кроме коня, собаки, оружия и чаши? Была ли у него семья в нашем понимании? Возможно, семейное имущество было только у женщин, кочующих в огромных повозках. Как только мальчик мог ехать верхом, он уже был сам по себе, точнее частью рода. Если стада принадлежали всему роду, то, конечно, каждый из киммерийских воинов, сколь не был он славен, был таким же бедным, как и любой другой член рода. Бедность тавров так же известна, как и их жестокость. Но смысл и того, и другого уже совершенно в другом.
Тавры тысячу лет жили в полном равновесии с природной средой, под полным идеологическим контролем своих жрецов. Они не изменили за тысячу лет даже орнаменты на своих священных сосудах, а все что захватывали у убитых эллинов и римлян, приносили в жертву своей змееногой богине, вместе с теми пленниками, которых удавалось захватить живыми. Природа Горного Крыма давала таврам все необходимое в достатке, а перемен они не хотели, как и порабощения силой или яркими бесполезными вещицами.
Подводя итог, можно сказать, что к конине привязаны народы Степи от киммерийцев, царских скифов и скифов-кочевников до ногаев и перекопских татар. К коровьему молоку привязаны тавры, земледельческие племена Великой Скифии и обоих берегов Боспора Киммерийского, а также, вероятно все народы так называемой циркумпонтийской металлургической общности. По этому фактору крымские татары ближе к восточным и южным славянам, а также к народам Северного Кавказа, а ногаи и перекопские татары ближе к казанским татарам, казахам и т.д. При этом не только на уровне народа, но даже на уровне одной семьи (моей, например) можно наблюдать пестрое переплетение обеих линий – киммерийской и таврской. У моего сына – непереносимость коровьего молока, почему, собственно, я давно интересуюсь этой проблемой. Уход за дойными коровами это необыкновенное занятие, требующее дисциплины и чистоплотности, спокойствия и размеренной жизни. Крымские татары, которые в рыночных масштабах занимаются производством кисломолочных продуктов и сыра, отличаются от других и характером, и внешним видом. Думаю, что в их среде сохраняются и особый древние слова.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.