Наследие древних культур в современном активном туризме и туристической анимации

В этом обзоре:
кочевники степей Евразии в отображении античных авторов

  • роль варварской кавалерии в европейской цивилизации (шляхта, шевалье, кавалеры);
    — племена отгонного скотоводства (сарматы, казаки);
    — полевые лагеря армий древности;
    — пастушеская культура Карпат (капишоны и штормовки);
    — европейские и североамериканские охотничьи культуры тундры, тайги и приледниковых горных ландшафтов (туристическая одежда и снаряжение для экстрима — анорак, парка, аляска, каяк, байдарка, палатки и рюкзаки). 

Роль варварской кавалерии в европейской цивилизации (шляхта, шевалье, кавалеры)


«Охота к перемене мест» в качестве активного отдыха характерна лишь для небольшой части населения земного шара. Рискуя вызвать обвинения в расизме все-таки подчеркнем, что вся мировая индустрия отдыха развивалась на культурной базе европейских народов и народов европейского происхождения (или колоний с очень сильным европейским культурным влиянием).
Даже если внимательно изучать такие соблазнительные теперь национальные сегменты потребительского рынка как Япония, Китай, Индия, то туризм. из этих стран имеет характер культурного паломничества, продолжением традиций религиозного, духовного освоения пространства.
Активность молодежи из этих стран, а также Бразилии, Мексики, стран Африки и Арабского мира в экстриме и активном туризме носит характер подражания, вовлеченности в глобальную культуру городской и университетской молодежи.
Но упрощенный взгляд на туризм как явление сугубо «цивилизованного мира» ведет не только к расизму и ошибкам философского, культурологического плана, но имешает самому развитию сервиса со знанием глубинных генетических потребностей в активном отдыхе.
Чтобы больше не говорить о туризме в широком смысле (включающем религиозное паломничество, курортное лечение, массовый отдых у пляжей, парки развлечений, экскурсионные туры) ограничимся лишь видами проведения отпуска и выходных дней, которые явно связаны с кочевым образом жизни, навыками охоты и войны. В современных каталогах турфирм такие категории продаж объединены в стандарты «активный туризм«, «спортивный туризм«, «приключенческие туры«, «экстрим«.

По понятным причинам из нашего рабочего понимания темы обзора — активный туризм выпадают водные виды, дайвинг, зимний спорт и легкая авиация, хотя и в них проявляются многие черты древних кочевых культур варварского мира.
Потребности населения (очень на самом деле небольшой ограниченной части) стран цивилизованного мира в активном туризме определены не расовыми особенностями, а как раз евразийскими расовыми примесями. Большинство жителей Земли не испытывает потребности в отпуске и тем более в смене привычного природного ландшафта, образа жизни (в том числе стиля питания, одежды, быта).
А вот жители Западной Европы, их потомки в бывших колониях, а также городское население (образованная часть) стран бывшего Советского Союза генетически нуждаются в том, чтобы на какое-то время несколько раз в году совершать пространственно-временной побег в жизнь одного из своих предков. Как раз не из тех, кто создавал цивилизацию, а креативных варваров.
Впрочем, европейская (арийская) цивилизация, основой которой является зерновое сельское хозяйство, мясо-молочное животноводство, торговля, промышленность, а главное — оседлость, не стала бы ведущей в мировой истории без кавалерии.
Кавалерия (если о главном) это не мушкетеры и даже не рыцари. Мушкетеры стреляли из своих мушкетов в пешем строю, да и по залам Лувра и Тюильри караульную службу несли отнюдь не верхом. Рыцари (а до них катафрактарии) были скорее аналогом танковых войск. Главная роль кавалерии — сбор налогов, таможенная, пограничная служба, разведка, городская стража и охрана торговых путей, то есть контроль территории.
Развитие государственности в Европе, основанное на оседлости, требовало постоянного развития кавалерии. Кавалер, шевалье буквально переводится как «лошадник, конник, всадник», впрочем и господарь, господин, сударь — от арийского аспадар, обладающий конями. Князь и Koenig (Konung), вероятно, от слова конь.
Однако длинноногое от природы белое население для верховой езды не годилось. Даже в древних армиях Египта, Греции и Рима коренная аристократия ездила не верхом, а в колесницах стоя. Со временем кавалерия средиземноморских стран пополнялась выходцами из Евразийской степи и Северного Кавказа (сарматы, аланы, мамлюки, капы-кулу).
Лошадь как животное стадное, жизнь которого основана на сложной динамичной иерархии, обмене сигналами звукового, визуального, тактильного характера, запахами, покусываниями, а также ласками или нападениями, требует, чтобы всадник рос рядом с табуном, становился его частью.
С самого раннего возраста всадник учится подчиняться и командовать, становится частью иерархии и каналом передачи информации с минимальными потерями (искажениями), то есть основой государственной машины.
Однако при этом способности к производительному труду не развиваются. Всадник не сможет работать на конвейере, «ждать у моря погоды», полгода горбатиться на полях ради урожая.
Понять задачу, найти, взять, доставить, охранять, контролировать, — служить. Служба не создает материальные ценности, но обеспечивает их концентрацию.
В классических работах по истории германской цивилизации Егер прямо пишет о том, что с первых веков новой эры готские вожди, а затем короли и курфюрсты германских земель пополняли свои армии всадников с востока, из степей Евразии. Отсюда кстати и удивляющая до сих пор «малорослость рыцарских доспехов» в западноевропейских музеях.
Детально описана история формирования польско-литовской шляхты, в гербах которой до сих пор красуются тамга — сарматские знаки и множество символов татарской кочевой культуры: стрела, полумесяц, звезда, лук, саадак (колчан), подкова, таган, кривая сабля и т д).
В Российском гербованике также значительное число дворянских родов выводится «из татар«. Профессор Баскаков исследует около 300 фамилий, а его продолжатели более 500 русских дворянских родов татарского и тюрко-булгарского происхождения. Многие из этих фамилий происходят с Северного Кавказа, многие имеют не тюркские, а иранские (скифские, сарматские, аланские), а также угро-финские корни.
Само слово «татар» (тартар) по одной из версий означает на китайском варвар (непонятный). То есть «из татар» совсем не обязательно означает тюрк.
Важно и интересно другое: к 19 веку с развитием при Екатерине Второй огромного абсолютистского государства Российской империи потребовалась целая армия чиновников. Селекция во многих десятках (сотнях?) поколений всадников умения командовать и выполнять приказы, а также вполне естественная зависимость всадников от государства и земледелия (верховая лошадь не может только пастись на лугу, ей каждый день нужно ведерко зерна) сделала потомков кавалеристов государственными служащими.
Сразу отметим и то, что далеко не все кочевники, далеко не все варвары имели желание идти на службу на Запад и далеко не все создали династии. Так что речь именно о селекции, жестком отборе.
Интересно, что к концу 19 века с присоединением к Российской империи Царства Польского к 1 млн российских дворян добавился целый миллион выходцев из польской шляхты. Если точнее — из польско-литовской католической и мусульманской (например, писатель Генрик Сенкевич был из семьи, где исповедывали ислам, да и сейчас его внук молится в мечети) и православной восточно-галицкой и волынской шляхты. Но и в фамилиях, и в ментальности, и в семейных реликвиях, а главное — в стиле отдыха, пиров, охоты, развлечений сохраняется сарматский стиль.

Хотя на слуху чаще о корнях восточно-европейского дворянства звучит слово «татарин» и «кочевник» точнее будет сармат. Основа сарматского стиля это не кочевой образ жизни и не степь, а лесостепная природа юга Русской равнины, Приуралья, Северного Кавказа и Крымского Предгорья, отгонно-пастбищное хозяйство с постоянными поселенями, где летом остаются только старики, женщины и дети. Отсюда, собственно, главная роль женщины в семье и доме, а также обязательность второго летнего жилья (палатки, дачи, автодома, яхты, заимки, бурдюги), где мужчины предпочитают жить не по домашним правилам.
Эволюция дворянских родов от боевой или полицейской (польская средняя кавалерия панцерны) конницы к чиновничеству, а затем к творческой интеллигенции хорошо иллюстрирует родословие Федора Михайловича Достоевского. Такие примеры можно приводить бесконечно. Важно, что первые виды активного туризма развивались в образованной дворянской среде. Например, в первые велоклубы (Санкт-Петербург, Одесса, Севастополь) принимали только дворян. Классическая загонная охота на лису английской аристократии или русская псовая охота на зайца очень мало связана с добычей еды или меха. Скорее это массовый культурно-спортивный праздник с сословно-корпоративными воспитательными задачами. Опять же налицо сарматский стиль. Прежде всего от нормальной охоты аристократические забавы отличает огромное внимание к женщинам.
В начале 20 века в военно-аристократической среде, а затем в университетской среде, в кругах высших государственных чиновников, инженеров, медиков развивается бурный интерес к горным путешествиям, автомобильным прогулкам, альпинизму, этнографическим и археологическим изысканиям для души, то есть в свободное время.
Отпуск служит удовлетворению глубинных непрактичных, иррациональных потребностей, и скорее — испытаний и приключений. Военный характер воспитания аристократии всегда ставил на почетное место традиции кочевой бивуачной жизни. Достаточно напомнить, что в официальную форму гимназистов Российской империи входил башлык. Кстати, комбинация шарфа и шапки башлык (от иранского, скифского слова баш — голова) гораздо удобнее, чем популярный теперь капюшон. Но о лингвистическом наследии скифов и странствующих монахов капуцинов в другом обзоре.
Пока в качестве рабочего вывода, то есть достойного к дальнейшему развитию в этом обзоре и обсуждению в комментариях, предлагаем следующее:
— некий зуд к резкой смене привычной среды и стиля жизни, то есть к активным видам туризма и экстрима возникает у небольшой части белого городского населения и определяется примесью евразийской варварской генетической информации;
— сама по себе «чистая» тюркская или иранская культура не определяет потребность в активных видах туризма, поскольку в своей родной природной и хозяйственной среде реализуется достаточно через бытовые поездки и смену трудовых операций (например, работа пастуха, торговца, занятие войной или охотой);
— этнография варварского мира, кочевых и полукочевых культур мира имеет огромное значение не только в экскурсионном туризме, но и в оборудовании, снаряжении, питании, атрибутике и сувенирах для активного туризма и приключенческих программ.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.